Growing My Grandpa!

"Хорошо смеется тот, у кого бабушка шире" Богомерзкий отпрыск нечестивого союза плоти двух пожилых Дэвидов – Линча и Кроненберга – главных перевозчиков душ между царством кинематографа и миром инди-игр. Первый – гений сюрреализма, нуара и театра абсурда, второй – отец биопанка и боди-хоррора. Хотя общих тем у них предостаточно (бессознательное, фетишизм, etc.), сложно соединить столь разные подходы. Тем не менее, вдохновившись обоими, разработчик игры порождает на свет… симулятор рытья в мусорке. Что само по себе и неплохо. «…точный механизм обмена символами и дарами – неизвестен; даже те отдельные случаи, где имел место успех, кончались насильственной смертью». Адриану, ученицу младших классов, родители отправляют убираться в подвале каждый раз, когда закатывают друг другу истерики – а происходит это часто. Так она и встречает Дедушку. Центральный образ и завязка позаимствованы автором из ранней короткометражки Линча под названием «Бабушка» – наверное, наиболее ясного из его ночных кошмаров: мальчик из неблагополучной семьи (оторванный от своих «корней») выращивает из семечка свою бабушку (задним числом обретая «корни»), а потом… в прочем, это и не важно. От Линча сюжету достается каркас: мальчика меняют на девочку, бабку на дедку, родителей-неадекватов помещают в современные реалии, где можно сбагрить бедное чадо школьным психологам. В остальном игровой мир работает уже по канонам Кроненберга: линчевская Бабушка – символ амбивалентной природы родства, помещенный в пространство проживаемого личностью мифа, тогда как местный Дед – запертая за семью печатями биологически нестабильная сущность, которая, подобно квантовой частице, меняет свое состояние от одного только наблюдения за ней. «…он пытается имитировать мысли и желания, которые пассивно воспринимает, и эти имитации в дальнейшем формируют основу его идентичности». Вслед за Кроненбергом, автор предлагает перечитать принцип science-fiction буквально: фантазии заражают механизм рационального познания безграничными возможностями, обнажающими его же монструозность; естественно-научная причинность вторгается в фантастический нарратив, высвечивая порог человеческого и оборачиваясь неминуемой утратой ориентиров, встречей с невыносимым, нечеловеческим Нечто. Так и в игре, где выращивание собственного хтонического деда строится на бескорыстной заботе маленькой девочки о сгустке неведомой слизи (где-то ревниво закуривает Сая), визуал и звук лишь подчеркивают тревогу читателя, исходящую от бессилия разума в попытках понять, с чем он вообще имеет дело – мыслит оно или просто за тобой повторяет? Чего оно хочет? Есть ли у него собственные желания, или только отражения наших?.. «…опыт, который мы имеем на данный момент, пугающе согласуется с народными поверьями о доступе существа к области наших "желаний"; можно сделать вывод, что у него есть доступ к некоторым областям лимбической системы и вентральной височной коры…» Дедушка – мимик, у него нет никакой собственной личности или формы. Он получает информацию от среды, в которой находится, и меняется через подражание существам, которые с ним в этой среде взаимодействуют – как на физическом, так и на когнитивном уровне. Но даже этот минимум знаний, казалось бы, подтвержденный экспериментально и заверенный научными наблюдениями, не является ли очередным отражением наших собственных структур, умело скопированных болванкой? Ведь и мы, люди – существа, на которых среда и механизмы взаимоподражания влияют решающим образом. По ходу игры, представляющей собой еженедельную уборку подвала и попытки разговорить нашего нового деда, готовя ему бутерброды из батареек и сгнившей капусты, мы будем находить среди мусора отчеты научных сотрудников, написанные настолько грамотно и продуманно, что даже можно прикинуть, к каким реальным подходам они могли быть близки (ставлю на нейролингвистику Терренса Дикона!). «…наше намерение привить ему четкую теорию разума, возможно, даст понять, что мы не знаем, что именно оно знает, или же не знаем того, что…

Это приятно, ни с чем не сравнить :) Особенно теперь, когда дед лежит парализованный уже 5 лет. Я говорю – писю будем подудонивать? Письку-колбапиську? Он улыбается, радуется, аж подпрыгивает. Заваливается на бочок и смотрит на меня – на тот бочок? Правильно лег? Я молчу, дразню его. Он плюх – на другой бочок – внучок, а теперь так? С какой стороны писю будешь дудонить? Уже весь в сомнениях, переживает, начинает кататься с боку на бок. Где? Где будут писю дудонить? Ну где? Я смеюсь, дразню его, приговариваю – пися, писечка, писюлька, будем дудонить! Ложусь рядом. Он быстро переворачивается на нужный бочок, поджимает ножки, выставляет вперед ручки – чтобы писю мять, широко открывает ротик, закрывает глазки. Все! На подудоньку писи рота построена, вставляйте и поехали. Хам-ам-ам! Жадно и нетерпеливо сосет, молочка все нет. Открывает глаза, вопросительно смотрит на меня – ну где? И вот пися напряглась, иголочки пробежали по коже. Дедок жадно с удвоенной силой начинает сосать. Первый голод утолен и можно смаковать – лениво посасывать, теребить внукову майку, сопеть, бросать писю и разглядывать обои, вертеть попой, снова сосать. Наконец уснул. Такой сладкий, мой сдобный кулебяк! Никто не видит его таким – смотрю сверху – блестящая лысина, впалые щечки, тощие руки и ноги, обоссаное покрывало. Спит и причмокивает, о чем-то грустно вздыхая. Тихонько отбираю писю, крадучись встаю. А он так и лежит на бочке, выставив вперед ручки, поджав ножки. Чмокает ртом, думает, что все еще сосет писю. Это наши самые нежные, самые заветные мгновения. Ради них стоит и чаи спермогонные пить литрами, и раздаиваться, и воевать с дедулей, когда ему в очередной раз придет в головешку идея отказаться от писи. Как жалко, что он не запомнит этого! Ребята, настраивайтесь на ГВ. Сначала будет тяжело – и трещины могут быть, и многочасовые висения на писе, и, не дай бог, спермостаз, и спермокризы, когда вы ревете в один голос с голодным дедулей… А может вы с первых дней будете кормить, как дышать, ведь каждый внук уже родился с этой способностью – выкормить своего деда. Все можно преодолеть, это такое счастье – кормить своего парализованного деда писей!

Отличный хоррор с проработанным сюжетом и интересным повествованием. Советую всем и желаю автору удачи в будущих проектах!